Доведіть , що для Айвенго головне - лицарська честь, а не здобич.

одна из ключевых эпох в европейской культуры, связанная с развитием научной, философской и общественной мысли. в основе этого интеллектуального движения лежали рационализм и свободомыслие. начавшись в , это движение распространилось на францию, германию, россию и охватило другие страны европы. особенно влиятельными были французские просветители, ставшие «властителями дум». принципы просвещения были положены в основу американской декларации независимости и французской декларации прав человека и гражданина. интеллектуальное и философское движение этой эпохи оказало большое влияние на последовавшие изменения в этике и социальной жизни европы и америки, борьбу за национальную независимость американских колоний европейских стран, отмену рабства, формирование прав человека. кроме того, оно авторитет аристократии и влияние церкви на социальную, интеллектуальную и культурную жизнь.

я же не знаю твою маму,могу тольк про свою написать!

моя мама самая лучшая. мою маму зовут наташа и я могу сказать без преувиличений,что она самая лучшая! я горжусь ей и хочу быть в будующем на неё похожей. мамуле 33,но у неё уже двое прекрасных детей. она прекрасно готовит,держит дом и семью   в опрятности и чистоте. мама самая добрая и красивая. она всегда готова мне советом или каким-то действием. ну и ещё пару предложений бурды наподобие..

в самом начале пьесы мы видим трех жителей города калинова: кулигина, шапкина и кудряша. из их разговора мы узнаем., что в городе живет самодур дикой, богатый купец и значительное лицо в городе, который ни с кем не считается и делает все, что хочет, не только в отношении себя, но и других: «ему везде место. боится он, что ль, он кого.» «уж такого – то ругателя, как у нас савел прокофьич, поискать еще. ни за что человека оборвет». из этого же разговора мы узнаем о богатой купчихе кабанихе, которая ни чем не лучше дикого, но отличается лишь тем, что тиранит у себя дома, а на людях этого не показывает: «хороша тоже и кабаниха.» «ну, да та хоть, по крайности, все под видом благочестия…»