Чи вважаєте ви його перемогу над ворожим флотом героїчним учинком

достоинство - это дворянский титул,приёмы,, выход в свет и остальное глупости

как страшно поэтом быть

и, зная уже бессмертно,что время не протопить,хоть тяга его безмерна, –к глазам подносить ладонь,тайком подводить итоги,подбрасывая в огоньпейзажи и диалоги,шумящие дерева,кресты и церквей убранства; как хворост или дрова –мосты и куски пространства; медлительною рукойс начала и с середины –с провидческою строкоймагические картины.и быстро шептать христупро мёртвые чьи-то души.и знать, что уже растутна стенах глаза и уши.и в ужасе подбегатьк печурке. и нос холодныйпочти что в неё совать,и в позе сидеть свободной.и видеть, томясь огнём(о только не дописать как ночью горят и днём,дымясь вороньём, усадьбы.и, вечный сжигая труд,в слепой созерцать отваге,как белые буквы мрутна чёрных витках бумаги.

обычно пейзажные зарисовки настроение героя, его состояние души.

бобчинский и добчинский оба низенькие коротенькие любопытные   чрезвычайно похожи друг на друга оба с небольшими брюшками; оба говорят скороговоркою и чрезвычайно много жестами и руками. добчинский немножко выше и сурьёзнее бобчинского, но бобчинский развязнее и живее.оба петра ивановичи бобчинский и добчинский — не чиновники, они помещики, им есть на что жить, они не служат за жалованье и в силу этого, казалось бы, не зависят от градоначальника, он им не указ. на самом деле и они неразрывно связаны со всем происходящим в их провинциальном уездном городе. и подлаживаясь под всеобщее единение с чиновниками городка — мол, и они здесь не последние люди, тоже несут взятки хлестакову. за что они-то несут, зачем и им подкупать ревизора? возможно, что они и сами не ответят: просто так, чтобы быть со всеми, не отстать от других, не оказаться не у дел. в интерпретации гоголя эти образы нелепы и , они хотят что-то значить в общественном смысле, но обречены попадать впросак, они смешны и трагичны — в структуру чиновнической епархии не входят, вот и пытаются доказать свое участие в жизни города; не появись они сами — о них никто и не вспомнит, оттого и суетятся.