Она никому не принадлежала; у нее не было собственного имени, и никто не мог бы сказать, где находилась она во всю долгую морозную зиму и чем кормилась. от теплых изб ее отгоняли дворовые собаки, такие же голодные, как и она, но гордые и сильные своею принадлежностью к дому; когда, гонимая голодом или инстинктивною потребностью в общении, она показывалась на улице, — бросали в нее камнями и палками, взрослые весело улюлюкали и страшно, пронзительно свистали. не помня себя от страху, переметываясь со стороны на сторону, натыкаясь на загорожи и людей, она мчалась на край поселка и пряталась в глубине большого сада, в одном ей известном месте. там сна зализывала ушибы и раны и в одиночестве копила страх и злобу. только один раз ее и приласкали. это был пропойца-мужик, возвращавшийся из кабака. он всех любил и всех жалел и что-то говорил себе под нос о добрых людях и своих надеждах на добрых людей; он и собаку, грязную и некрасивую, на которую случайно упал его пьяный и бесцельный взгляд. — жучка! — позвал он ее именем, общим всем собакам. — жучка! пойди сюда, не бойся! жучке хотелось подойти; она виляла хвостом, но не решалась.
Спасибо
Ответ дал: Гость
песня о сталине
Ответ дал: Гость
сонет № 74
когда меня отправят под арест без выкупа, залога и отсрочки, не глыба камня, не могильный крест - мне памятником будут эти строчки. ты вновь и вновь найдешь в моих стихах все, что во мне тебе принадлежало. пускай земле достанется мой прах, - ты, потеряв меня, утратишь мало. с тобою будет лучшее во мне. а смерть возьмет от жизни быстротечно осадок, остающийся на дне, то, что похитить мог бродяга встречный, ей - черепки разбитого ковша, тебе - мое вино, моя душа. перевод с.маршака
Популярные вопросы